Берта Бенц, урожденная Рингер, была дочерью преуспевающего плотника и на первый взгляд не представляла из себя ничего особенного — миловидная немка из хорошей семьи. Тем не менее эта девушка потребовала от отца приданое еще до свадьбы, мотивируя требование (не просьбу!) тем, что Карлу нужны были деньги, чтобы выкупить часть компании у партнера: партнер Карла Бенца устал от тратит деньги на «фантастические проекты», по которым не показал никакой прибыли.
Эти деньги позволили Карлу Бенцу приступить к разработке двигателя. Правда, Берта, как уже говорилось, была дочерью плотника, а не дочерью Ротшильда, так что деньги кончились довольно быстро. А Бенцев к тому времени было уже четверо: сам Карл, Берта и два мальчика – Рихард и Ойген. Наступили времена голода. Берта держалась, стиснув зубы, буквально топором готовя еду мужу и детям. Карл продолжал работать.
И вот их усилия увенчались успехом — в 1885 году была создана «самоходная повозка». Одноцилиндровый двигатель рабочим объемом 984 куб.см. см, 0,9 л.с., 400 об/мин. То есть «повозку» тащила почти целая лошадь. При этом двигатель Benz был на удивление легким – его вес составлял всего 69 кг, в то время как самые известные в то время двигатели Deutz весили целых 660 кг.
В Мангейме, где жила семья Бенц, смеялись: «У папы Бенца дома не все есть». Ходили разные сплетни, вплоть до того, что покупатель “самоходной коляски” попал в сумасшедший дом – то ли потому, что боялся механизма, то ли в результате воздействия “коляски” (и в те времена, как и сейчас, любили находить «источники вредного воздействия»).
К 1888 году были построены еще две машины, модернизированные по сравнению с первой – переднее колесо было подвешено на рессоре, двигатель был закрыт кожухом, для седоков был установлен складной тент (получился очаровательный кабриолет). Этот же кабриолет получил Большую золотую медаль Мюнхенской промышленной выставки. Тем не менее, несмотря на столь высокую оценку, «самоходная коляска» Бенца оценивалась по большей части как техническая диковинка.
Надо отметить, что в то время отношение к подобным механическим чудесам было двояким. С одной стороны, технические новшества завораживали, с другой стороны, люди не видели смысла во многих нововведениях. Ну, скажите на милость, кому нужны “самоходные экипажи”, если есть отличная конная тяга? Кроме того, породистые лошади – это престиж, статус и просто красота. А в чем особая красота и изящество в этой “повозке” с нелепым тентом и ненадежными колесами? Если помните, именно с этой проблемой столкнулся мечтательный Адам Козлевич, когда пытался внедрить идею моторизации в незабвенный Арбатов («Ильф и Петров», «Золотой теленок»).
И если бы не Берта Бенц, мы бы до сих пор пахли на городских улицах не запахом автомобильных выхлопов, а ароматом продуктов жизнедеятельности парнокопытной тяги.
Берта Бенц была в первую очередь женщиной, а все остальное — во вторую. И как женщина она видела, что «самоходной инвалидной коляске» не хватало одного: демонстрации практичности. Вопрос был не в элегантности, а в практическом применении. Нужно было объяснить людям – желательно доходчиво – чем может быть полезен такой механизм и чем он лучше “крестьянской лошади”.
И вот в один прекрасный день4 августа 1888 г.), ни единым словом не предупредив мужа, фрау Берта взяла своих двух сыновей, и они втроем медленно вывели машину за ворота, поехали по улице подальше от дома – так, чтобы Карл Бенц не услышал звук работающего двигателя. За руль сел Евгений, которому на тот момент было уже 15 лет. Берта и младший Ричард были пассажирами. И машина поехала. И не где-нибудь, а в Пфарцхайме, где жили родители Берты. За 90 км!
Расстояние не следует считать незначительным. Дороги оставляли желать лучшего, потому что они были приспособлены для гужевого транспорта, а отнюдь не для автомобилей. Да и скорость у машины была не такая, как у современной – максимум 15 км/ч, и Ойген ехал медленнее. Так дорога заняла целый день.
Естественно, были и приключения, которые теперь стали частью истории. Во-первых, отказали тормоза – кожаные колодки дымили, причем даже на спуске, то есть на максимальной скорости! И до поворота! Мальчики испугались, но Берта Бенц не растерялась. Почерпнув от мужа разные знания, дочь плотника и жена автоконструктора скомандовали: «Наклонись в сторону поворота!» — и опасный момент был преодолен. Новые кожаные тормозные колодки были куплены у сапожника в ближайшем селе.
Тогда кузнецу пришлось чинить приводную цепь, которая растянулась. Берта – блестящий маркетолог! Не терял ни секунды. Пока кузнец возился с цепью, она устроила собравшимся зевак обзорную экскурсию по станку, подчеркивая каждым словом достоинства чуда техники. Женщины завистливо поджимали губы и недоумевали, как они сами будут использовать такую «самоходную повозку» (и лошадь запрягать не надо!). Следует отметить, что рекламное выступление фрау Берты произвело гораздо больший эффект и имело больший эффект, чем золотая медаль, полученная на выставке. Ведь медаль дали за «чудо», а Берта Бенц продемонстрировала потенциальным потребителям практическую пользу.
Забитый патрубок, по которому топливо подавалось в карбюратор, Берта прочищала длинной шпилькой (такими шпильками дамы прикалывали шляпки к волосам). Для заправки понадобилась… аптека. Естественно, ни о каких СТО и заправках тогда не могло быть и речи, а бензин продавался в аптеках, в маленьких ампулах, как лекарство от кожных болезней. Они назвали это нафтой.
Фрау Берта справилась даже с коротким замыканием. Когда изоляция на высоковольтном проводе была нарушена, она соорудила новую «изоленту» из… резиновой подвязки от своего чулка.
Так Берта Бенц и ее сыновья совершили историческое путешествие из Мангейма в Пфарцхайм. Финалом путешествия стала телеграмма мужу (к тому времени Карл Бенц уже висел на потолке, представляя все ужасы, которые могли случиться с его семьей и машиной): «Мы приехали к бабушке в Пфарцхайм». О благополучном прибытии Берта предусмотрительно умолчала — растянулись обе цепи задних колес. Только утром пришла телеграмма с просьбой прислать новые цепи.
Впоследствии братья Бенц, сыновья Карла, усовершенствовали первую модель автомобиля — установили фары для движения ночью, добавили вторую передачу, подняли степень сжатия и увеличили число оборотов — все на основе пробного пробега «к деревня к бабушке».
Если бы не Берта Бенц, машину Карла ждала бы участь многих «веселых и бесполезных» технических новшеств, признанных достижениями науки и техники лишь спустя десятилетия. Но Берта Бенц, истинная женщина-автомобилист, правильно уловила практическую пользу и предназначение автомобиля: доставку пассажиров и грузов из пункта А в пункт Б. И смогла продемонстрировать это публике. И мир изменился – благодаря дочери плотника, симпатичной немецкой девушке, жене выдающегося дизайнера, благодаря Берте Бенц.